Наш веб-сайт использует файлы cookie, чтобы предоставить вам возможность просматривать релевантную информацию. Прежде чем продолжить использование нашего веб-сайта, вы соглашаетесь и принимаете нашу политику использования файлов cookie и конфиденциальность.

«Мы скрыли от родни, что у меня ВИЧ». Как живут инфицированные по вине медиков в Шымкенте

rus.azattyq.org

«Мы скрыли от родни, что у меня ВИЧ». Как живут инфицированные по вине медиков в Шымкенте

«МАМА СИЛЬНО СТРАДАЛА» Карлыгаш (имя изменено. — Ред.) заразили ВИЧ в 14-летнем возрасте. Это произошло в стенах медицинского учреждения. 1 января 2006 года родители привезли девочку-подростка с высокой температурой и судорогами в больницу. Карлыгаш положили в реанимацию, поставили внутривенный катетер. Аппарат, как выяснилось месяцы спустя в ходе проверки вслед за массовым заражением детей в Шымкенте ВИЧ-инфекцией, использовали ранее для инъекций инфицированному пациенту. Самочувствие девочки ухудшалось. Начались серьезные проблемы со здоровьем. — Сначала мне поставили эпилепсию. Я очень ослабла. У меня снизился иммунитет, я заболела туберкулезом. Родители места себе не находили, переживали. Когда я лежала в больнице, мама ни на шаг не отходила от меня. В то время родители переживали тяжелые дни. Они были измотаны. Ко мне было особенное отношение, хотя, кроме меня, в семье были и мои братья. Меня кормили всем самым вкусным и сладким. Про лекарства, которые я принимала, говорили, что их «прописал невропатолог», — рассказывает Карлыгаш. О диагнозе Карлыгаш сообщили, когда ей исполнилось 18. Психологи осторожно раскрыли информацию. Она вспоминает, что сумела принять заболевание — помогла информация, которую она изучала на школьных уроках на тему ВИЧ/СПИДа. — Когда психологи сказали, что я инфицирована ВИЧ, я вспомнила маму. Мне было ее жаль. Хотя я чувствовала, что с ней что-то происходит, не знала причины. Когда я вышла [из кабинета психологов], увидела свою мать в слезах. Она крепко обняла меня и заплакала. Я пыталась утешить маму: «Не переживай! ВИЧ — это первая стадия заболевания». Я быстро все поняла, чувствовала всю ответственность. У меня вошло в привычку принимать лекарства вовремя. После этого почувствовала, что с плеч мамы как будто свалился тяжёлый груз, — говорит Карлыгаш. О ВИЧ-статусе Карлыгаш знают только ее близкие родственники и муж. Хоть Карлыгаш и смирилась со своей судьбой, она не хочет, чтобы о ее болезни узнали другие. В 2006 году вскрылась информация о массовом заражении ВИЧ-инфекцией в больницах Шымкента. Речь шла о 200 несовершеннолетних. 16 человек, работавших в медицинских учреждениях, были привлечены к ответственности по обвинениям в «халатности», «взяточничестве», «мошенничестве». Некоторых подсудимых приговорили к реальным срокам, другие получили условное наказание. В отставку с поста министра здравоохранения подал Ерболат Досаев. Позже он занимал и другие высокие должности: возглавлял министерство экономики, Национальный банк, а сейчас является акимом Алматы, крупнейшего города страны. В управлении здравоохранения города Шымкента на наш вопрос о смертности среди детей и матерей, инфицированных ВИЧ в 2006 году, ответили, что некоторые пациенты «переехали в другие регионы, поэтому точной информации нет». «ПАРНИ ИНТЕРЕСОВАЛИСЬ ЛИШЬ ТЕМ, МОГУ ЛИ РОДИТЬ ЗДОРОВОГО РЕБЕНКА» Карлыгаш — самая старшая из более чем двухсот детей, инфицированных ВИЧ в больницах Шымкента. Карлыгаш первой снялась с учета в Центре матери и ребенка и встала на учет в СПИД-центре после совершеннолетия. — Порядок в этих центрах разный. В Центре матери и ребенка я привыкла к чрезмерной опеке, но в СПИД-центре сразу понимаешь, что сам несешь ответственность за свое здоровье. Сначала я переживала. Кроме того, поменялась и моя поликлиника. При регистрации вы должны сообщить о своем статусе участковому врачу и медсестре. Это было непросто, — вспоминает Карлыгаш. Когда девушка повзрослела, и за ней стали ухаживать молодые люди. Она опасалась, что «они не поймут, не примут ее болезнь». Опасения были ненапрасными: когда она объясняла парням, что у нее ВИЧ, одни сразу отворачивались, отказывались встречаться и исчезали, а другие говорили, что понимают ее, но не смогут смириться с диагнозом. Карлыгаш говорит, что ей было непросто встретить человека, который сможет понять ее и принять такой, какая она есть. С будущим мужем Ерболом она познакомилась в 27 лет. Когда сообщила ему диагноз, Ербол молча кивнул. Вскоре пришел с предложением руки и сердца. — Как я заметила, парни интересовались лишь тем, могу ли я родить здорового ребенка и можно ли мне рожать. Ербол тоже спросил об этом. Но не стал спрашивать, «не заразится ли он». Этот вопрос причинял мне боль, и до этого его мне часто задавали, — говорит Карлыгаш. Карлыгаш и Ербол женаты более трех лет. Вскоре после свадьбы у них родилась девочка. Сейчас Карлыгаш беременна вторым ребенком. Она говорит, что ни ее муж, ни дочь за это время не заразились ВИЧ. — Мой муж простой парень из села, я родилась и выросла в городе. После того, как мы поженились, обсудили, как принимать ежедневно лекарства. Муж сказал семье, что я страдаю эпилепсией, но мы скрыли от родни, что у меня ВИЧ. Не хотели столкнуться с общественным порицанием. Мы переехали из села в город, когда узнали, что я беременна, — рассказывает молодая женщина. Карлыгаш говорит, что в детстве она получала поддержку от родителей, а сейчас находит такую же заботу со стороны мужа. Она верит, что с ВИЧ можно бороться. Главное — относиться к заболеванию серьезно, не поддаваться страху, панике и тревоге. «СИНДРОМ САМОУНИЧИЖЕНИЯ» По словам заместителя главного врача СПИД-центра Шымкента Кожахмета Маширова, по состоянию на ноябрь 2023 года на учете в центре состояли 108 человек, перешедших с учета из городского Центра матери и ребенка. 68 из них были инфицированы в 2006 году. Врачи говорят, что состояние у всех стабильное. Маширов отмечает, что особенностью двух центров является право и обязанность больного человека самостоятельно принимать решения. По его словам, при постановке на учет в СПИД-центре каждому достигшему 18-летнего возраста устно и письменно разъясняется его диагноз, пути заражения заболеванием, меры профилактики, порядок диспансерного наблюдения, ответственность за намеренное заражение другого. — До сих пор есть распространенные заблуждения о путях заражения ВИЧ, мерах профилактики и специальной антиретровирусной терапии. К примеру, у нас был случай, когда у одного человека, перешедшего к нам из Центра матери и ребенка, вскоре произошел сбой в системе лечения, снизился иммунитет. Мы расспросили его и выяснили, что на него повлияли слова родителей: «От ВИЧ нет лекарства», и у него развился синдром самоуничижения. И избавиться от этого синдрома за один день невозможно. Сотрудникам центра годами приходится проводить психологическую коррекцию, — говорит заместитель главного врача. Маширов считает, что чрезмерная забота о ребенке с ВИЧ тоже опасна. Врач предупреждает, что у маленького пациента может развиться «инфантилизм», возникнут проблемы в отношениях с обществом. С этим согласна и психолог центра Рая Маметова. По ее словам, родителям важно подготовить ВИЧ-инфицированных детей к взрослой жизни. Если ребенка в Центре матери и ребенка сопровождают родители, то в СПИД-центр он приходит один. Сам заполняет документы, получает назначенные лекарства. Ответственность ложится уже на него самого. Ему разъясняются права и обязанности. Инфицированный ВИЧ не может быть донором. Он обязан предупредить полового партнера о своем заболевании, в противном случае его могут привлечь к ответственности. — Есть дети, которые настолько привыкли к опеке, что не могут принимать решения самостоятельно. Приходил парень, которому исполнилось 18 лет. Родители всегда ходят вместе с ним. Когда я спрашиваю, почему бы им не отпустить его одного, они молчат. Задаю вопрос сыну — отвечает мать. В течение года родители каждый месяц возили сына в центр. Мы неоднократно проводили беседы, терапию, в итоге добились того, чтобы он приходил сам, — говорит психолог. Ребенку, не способному выбраться из-под чрезмерной опеки таких родителей, очень сложно адаптироваться и интегрироваться в общество, наоборот, велика вероятность изоляции от общества, подчеркивает психолог. В настоящее время в шымкентском СПИД-центре состоят на учете 1744 человека. Самому младшему из них — 18 лет, самому старшему — 88. Медики выделяют четыре стадии заболевания. У 163 человек диагностирована 4-я, последняя, стадия. Среди них есть дети, зараженные ВИЧ в больницах в 2006 году. Врачи говорят, что состояние здоровья пациентов зависит от регулярного приема ими прописанных лекарств. Восемь из 68 детей, перешедших из Центра матери и ребенка в СПИД-центр, уже создали семьи. Некоторые стали многодетными родителями. Врачи утверждают, что ни один из их партнеров и детей не инфицирован. По официальным данным, в стране насчитывается более 30 тысяч человек с диагнозом ВИЧ. Около 75 процентов из них заразились вирусом половым путем, 20 процентов — инъекционным. За последние 10 лет уровень заболеваемости ВИЧ в Казахстане увеличился вдвое, а уровень смертности от СПИДа снизился в 1,7 раза.
  • Последние
Больше новостей

Новости по дням

Сегодня,
21 июля 2024