От партнерства к конфликту. Как менялись отношения Израиля и Ирана
"Израиль построил в Тегеране небоскреб, иранцы ездят в Иерусалим лечиться, ирано-израильское сотрудничество в сфере атомной энергетики развивается, увеличиваются поставки израильского оружия Ирану, спецслужбы двух стран тесно координируют свои действия в деле предотвращения угроз безопасности, продолжается активный студенческий обмен между университетами".
Появись такого рода сообщение сейчас, оно выглядело бы совершенно фантастическим, кто-то нашел бы в нём и злой сарказм. Тем не менее, все это в истории отношений Израиля и Ирана было. С 1950-х годов вплоть до исламской революции в Иране 1979 года две страны вполне плодотворно сотрудничали.
О том, как это было, и возможен ли возврат к нормальным ирано-израильским отношениям, рассказывает иранист, доктор исторических наук Владимир Месамед, автор книги “Иран – Израиль: от партнерства к конфликту”.
– В 1948 году было провозглашено государство Израиль, и тут же началась война за независимость: на Израиль напали арабские государства. Какую позицию тогда занял Иран?
– Прежде всего надо сказать, что созданию Израиля предшествовало голосование по этому вопросу в ООН 29 ноября 1947 года. Тогда Иран проголосовал против – он фактически присоединился к общей позиции мусульманских и арабских стран, которые не поддержали создание еврейского государства. Когда 14 мая 1948 года Израиль был официально провозглашён, Иран, однако, не предпринял никаких военных действий против него и не участвовал в войне против Израиля. Однако признания Израиля Ираном тогда тоже не было.
Первой задачей внешней политики Израиля было добиться признания в ближневосточном регионе, однако с мусульманскими странами это удалось лишь позже: в 1949 году Израиль признала Турция, а в 1950 году – Иран.
Это произошло 6 марта 1950 года на заседании кабинета министров Ирана, причём признание было де-факто, но не де-юре. Интересно, что это случилось незадолго до первого визита шаха Мохаммеда Резы Пехлеви в США. Понимая, что Вашингтон уже активно сотрудничает с Израилем, шах решил признать еврейское государство. Но осторожно – без полного юридического оформления. То есть государственная независимость Израиля так и не была признана Ираном де-юре.
Через два года, когда премьер-министром Ирана стал Мохаммад Мосаддык, он предложил разорвать отношения с Израилем, поскольку, на его взгляд, это вредило связям Ирана с арабскими странами. Однако иранское правительство решило на такой шаг не идти, а лишь закрыть генеральное консульство в Иерусалиме. Но и этого в итоге не случилось.
До 1979 года, когда в Иране произошла исламская революция, отношения между странами, несмотря на все сложности, были довольно тесными.
– А в каких сферах развивалось сотрудничество?
– Отмечу, что оно развернулось не сразу: стороны присматривались друг к другу до конца 1950-х годов. Шах, с одной стороны, поддерживал отношения с Израилем, а с другой – не хотел раздражать арабские страны, с которыми у Ирана был активный диалог. Поэтому публично он старался не афишировать контакты с Израилем. Например, когда его спрашивали о поставках иранской нефти Израилю, он обычно отвечал уклончиво: мол, это лишь небольшие партии и это не часть государственной политики. Однако с конца 1950-х ирано-израильское сотрудничество начало активно развиваться.
Важную роль сыграла концепция Давида Бен-Гуриона, первого премьер-министра Израиля, о так называемых "периферийных союзах". Он считал, что если Израиль не может наладить отношения с ближайшими арабскими соседями, то нужно укреплять связи со странами на периферии региона, такими как Турция и Иран. В рамках этой стратегии в Иран был направлен в качестве посла Меир Эзри – выходец из Ирана, который прожил там почти 10 лет и фактически заложил основу двусторонних связей.
Иран стал одним из ключевых поставщиков нефти для Израиля. Был построен нефтепровод к порту Эйлат, а позже – маршрут через Ашкелон. Был такой нефтеналивной порт, сейчас его нет. В начале 1960-х годов Иран продавал нефть на мировом рынке примерно по 1 доллару 20 центам за баррель, а Израилю сам предложил цену в 1 доллар – то есть даже ниже рыночной. К середине 1960-х Израиль входил в десятку крупнейших торговых партнёров Ирана.
Сотрудничество охватывало сельское хозяйство, передовые технологии, науку и образование (активный обмен студентами), медицину. Израиль помог создать целые направления в иранском здравоохранении, в частности, офтальмологии. Многие представители иранского среднего класса ездили лечиться в знаменитый иерусалимский медицинский центр "Хадасса". Даже такие символы модернизации Тегерана, как первый светофор и первый в городе небоскрёб (17-этажный торговый комплекс “Пласко” в 1960-х был самым высоким зданием в Иране, в 2017 году он обрушился после сильного пожара – РС), были созданы при участии Израиля.
Особенно значимым было военное сотрудничество. Израиль поставлял Ирану вооружение, начиная с автоматов. Помогал строить военные объекты и даже завод по производству ракет. Израильские специалисты работали в разных сферах безопасности и обороны Ирана, который нуждался в военных технологиях.– И, насколько я понимаю, Израиль помогал Ирану и в атомной сфере?
– Да, в воспоминаниях Бен-Гуриона упоминается, что ещё в 1958 году к нему приезжали иранские учёные с просьбой помочь в развитии атомных технологий, но тогда дело не пошло. К середине 1970-х, когда Иран всерьёз занялся атомной энергетикой, израильские специалисты участвовали в создании инфраструктуры для иранских ядерщиков, в том числе помогали строить городок для строителей АЭС. После исламской революции всё это сотрудничество прекратилось.
Позже Россия участвовала в восстановлении АЭС в Бушере, разрушенной во время ирано-иракской войны. Формально это называлось не "строительство", а именно "восстановление", поскольку проект начинался ещё при шахе с участием западных стран. Сегодня Израиль выступает категорически против иранской ядерной программы, считая её угрозой своему существованию. Недавно была опубликована переписка президентов США и России Джорджа Буша-младшего и Владимира Путина, из которой понятно, что уже в начале двухтысячных годов и Москва осознавала, что иранский “мирный атом” не такой уж и мирный.
– Исламская революция, конечно, случилась не на пустом месте. Видел ли Израиль, что в Иране назревают серьёзные перемены, и мог ли как-то повлиять на ситуацию?
– Вряд ли мог повлиять, но Израиль внимательно следил за происходящим. Существовал трёхсторонний форум "Калиль", известный также как “Трайдент” (“Трезубец”). Главы разведок трех стран (израильского "Моссада", турецкой ТNSS/MAH и иранской СAВАК) встречались дважды в год для обмена разведданными и координации действий.
Летом 1978 года израильская разведка уже предупреждала, что исламская революция в Иране очень вероятна. Однако США считали, что она не столь близка, и в итоге именно эта точка зрения возобладала. Когда революция стала неизбежной, все многочисленные израильские специалисты – военные, научные, экономические – были вынуждены срочно покинуть Иран. Это мне напоминает ситуацию в Афганистане, где советские советники были во всех министерствах.
Меир Эзри пишет в своих мемуарах, что в последние дни перед революцией поступало много сигналов о том, что исламисты вот-вот возьмут власть. Интересный эпизод: незадолго до победы революции иранская спецслужба САВАК попросила “Моссад” помешать возвращению в Иран аятоллы Рухоллы Мусави Хомейни, ставшего лидером исламской революции, а затем верховным лидером Ирана. Израиль отказался, заявив, что это внутреннее дело Ирана. Хомейни вернулся 1 февраля 1979 года – за десять дней до окончательного падения шахского режима.
– Видимо, именно во времена тесного сотрудничества Израиля и Ирана израильская разведка пустила в Иране глубокие корни, которые позволяют ей давать блестящие результаты даже сейчас?
– Да, сотрудничество между силовыми структурами было активным. Когда в 1967 году проходила коронация шаха, из представителей иностранных военных и разведок на нее был приглашен только представитель "Моссада" в Тегеране. Но темпы приближения исламской революции израильтяне все равно предсказать не смогли.
– После революции Израиль почти мгновенно стал главным врагом Ирана. Почему произошёл такой резкий разворот?
– Израиль изначально пытался установить отношения с новым режимом и направил официальное письмо с предложением сотрудничества. Но аятолла Хомейни ответил жёстким отказом. Причин было несколько.
Во-первых, это идеологическая позиция Хомейни, аятоллы-аль-узмы (великого аятоллы). Он заявил, что Израиль – это “сионистский режим, оккупировавший святые места ислама”, и с этим нельзя мириться. Это заявление стало основой отношения Ирана к Израилю, стимулом для вражды к евреям, которую иранские религиозные лидеры разжигали и нагнетали и до революции. Сейчас опубликовано много жестких высказываний Хомейни в адрес Израиля еще до прихода к власти.
Во-вторых, Исламская республика в Иране с самого начала была нестабильной – война с Ираком, внутренние протесты, политические кризисы. В такой ситуации режиму был нужен образ внешнего врага – им стал маленький Израиль, который, кстати, в 1962 году, после сильного землетрясения, оказал Ирану большую помощь в восстановлении пострадавшего района. Министром сельского хозяйства Израиля тогда был известный всем Моше Даян. Он тоже участвовал в этой помощи.
Кроме того, шах поддерживал тесные связи с еврейской общиной Ирана и Израилем, поэтому ненависть к шахскому режиму частично перенеслась и на Израиль. Следует помнить, что исламская революция в Иране была совершена под антимонархическими и антиимпериалистическими лозунгами. Америка стала для Тегерана "большим империалистическим сатаной", а Израиль – "сатаной малым". Со временем эта вражда только усиливалась – особенно на фоне конфликта вокруг иранской ядерной программы. Последний виток напряженности связан с июньской войной 2025 года, попытками Израиля и США ликвидировать инфраструктуру этой программы, угрожающей безопасности Израиля, самому существованию еврейского государства.
– Как после исламской ре
- Последние
- Популярные
Новости по дням
19 января 2026
