«Приоритет – энергетическая инфраструктура»: французский OSINT-аналитик – о российских ударах этой осенью и зимой
«Это большая проблема, появление которой Украина не предусмотрела», – считает французский аналитик Клеман Молен. Речь идет о реактивных российских дронах и постоянном росте количества ударов России по Украине.
20-летний француз Клеман Молен – один из немногих западных обозревателей, кто в ежедневном режиме следит за полномасштабной войной России против Украины. Он анализирует тенденции, фиксирует продвижение сторон, подсчитывает статистику ударов – как российских, так и украинских – и освещает их на своей странице в соцсети X.
OSINT-анализом Молен начал заниматься, еще когда был школьником, в 16 лет. Сейчас он учится в магистратуре Католического университета Лилля по специальности «международные отношения и геополитика» – и так же изо дня в день анализирует российско-украинскую войну.
Сейчас он отслеживает, среди прочего, российскую кампанию ракетно-дроновых ударовЭта проблема возникла, с одной стороны, из-за того, что российская армия пользуется нехваткой у Украины ракет-перехватчиков против баллистических угроз, а с другой – использованием реактивных управляемых дронов вместо привычных БпЛА типа «шахед» с двигателем внутреннего сгорания. – в последние недели ее эффект ощутим из-за поражения энергетической и гражданской инфраструктуры, складов, АЗС, портов и железнодорожного транспорта.
Донбасс.Реалии (проект Радіо Свобода) пообщались с Клеманом Моленом о результатах российских ударов за июль, готовности Украины к новому витку угрозы с воздуха и о том, почему он уже четыре года отслеживает российско-украинскую войну.
– В течение последних месяцев мы видим российскую кампанию ударов вглубь украинского тыла. Как вы оцениваете эффект этих ударов на данный момент?
– В целом эта российская кампания имеет очень значительный эффект. Она началась еще с началом войны – с ракетных ударов. Но на тот момент у Украины были системы противовоздушной обороны, в частности С-300, а затем она получила больше систем Patriot.
Но сейчас Украине очень не хватает перехватчиков. Она не может сбивать ракеты (летящие по баллистической траектории – ред.), и это очень серьезная проблема для защиты ключевой инфраструктуры: особенно электростанций, важных военных баз, промышленных объектов и складов. Сегодня это очень серьезный вызов для Украины. Кроме того, продолжается кампания ударов дронами.
Речь идет о «шахедах», которые россияне немного изменили и теперь называют «герань». Удары начались в 2022 году, но настоящая кампания со значительно большим количеством дронов, фактически, началась в январе 2024 года. С тех пор мы видим гораздо больше ударов дронами.
В среднем это от пяти до семи-восьми тысяч дронов ежемесячно, из которых примерно 60-70% – настоящие дроны, а 30-40% – ложные цели: «Пародия» и «Гербера», которые используются как приманки для противовоздушной обороны. В течение последних нескольких месяцев Россия меняет свою стратегию.
Они уже не используют только обычные дроны «Герань». Они их меняют. Используют больше реактивных «Герань-4» – это новый дрон, который может лететь гораздо быстрее, и его значительно сложнее перехватить дронами-перехватчиками. Это означает, что Россия может поражать значительно больше целей.
Если опираться на украинские данные, ежемесячно от 500 до 800 дронов не сбивают. То есть, даже по официальным украинским данным – а реальная цифра, вероятно, значительно больше, – ежемесячно [дроны РФ] поражают до 800 целей.
Мне удалось независимо подтвердить, что ежемесячно фиксируют по меньшей мере 700-800 ударов по разным целям.
Самые важные цели для россиян связаны с военной сферой. Они также атакуют нефтяные резервуары, газоперерабатывающие предприятия, склады, промышленные объекты, преимущественно во второстепенных городах.
Ракеты они используют в основном для ударов по Киеву и западной части Украины. Иногда ракеты также применяют против Одессы.
– Недавно вы опубликовали в своем аккаунте в X тред с итогами ударов за июль. Какие выводы или факты вы видите, анализируя произошедшее в июле? Какие приоритеты у России в ударах дронами?
– Данные за июль пока базовые. Полные цифры у меня будут через два-три месяца, потому что нужно время, чтобы оценить реальный ущерб. Например, только сейчас я смог завершить общий сбор информации за май.
Что касается июля, то я искал информацию о том, что именно было поражено, и нашел примерно 400 ударов, а это уже много. Россия публикует видео – это помогает. У нас есть много геолоцированных событий.
Есть много видео, которые показывают, что именно Россия поражает. Раньше видео почти не было, и было очень сложно понять, по чему именно они наносили удары. Соответственно, было очень сложно составлять статистику. Мы могли полагаться только на официальные данные, которые публиковала украинская сторона. Сейчас цифры значительно точнее.
Итак, я установил примерно 400 попаданий [за июль] – это удары дронами и ракетами. Здесь мы учитываем только дальнобойные и дроны средней дальности – в основном «герани». FPV-дроны и дроны, применяемые непосредственно на линии фронта, сюда не входят.
По статистике я увидел, что больше всего атаковали две разные категории целей. Первая связана с энергетикой: это нефть и топливо, поскольку Россия атакует много заправочных станций – около 200 АЗС в течение последних месяцев. Также это энергетика – примерно 20 попаданий. То есть Россия атакует электрические подстанции по всей Украине.
Эта кампания только начинается – обычно в октябре или ноябре, перед зимой, Россия [в этот период] ежемесячно атакует 50-60 электрических подстанций в Украине. Сейчас это около 20, и это показывает, что сама кампания, вероятно, начнется в сентябре или октябре.
В то же время мы также видим удары по газовой инфраструктуре. Это базовые удары, которые постоянно происходят, чтобы усложнить работу украинской промышленности и логистики.
Но самым важным в этом месяце является второе направление ударов – по логистике. Россия нанесла удары примерно по 60 складам по всей Украине – включая супермаркет, но также по многочисленным складам, используемым для производства дронов, военной и гражданской промышленности по всей стране.
Они также атаковали много поездов по всей стране, особенно в Днепропетровской области.
Нанесли много ударов по портам в Одессе, Николаеве в ответ на 40-дневную украинскую кампанию в Крыму и Черном море. Они также атаковали другие многочисленные объекты инфраструктуры и транспорта по всей Украине.
Итак, в этом месяце Россия действительно использовала свои дроны против логистики, и это что-то новое, потому что обычно Россия использовала дроны для ударов по промышленности, складам в крупных городах, военному производству и энергетической инфраструктуре, но не применяла их так для ударов средней дальности.
Сейчас они используют намного больше управляемых оператором дронов против целей средней дальности. Так же, как Украина делает это уже несколько месяцев на юге.
Поэтому мы видим, что они будут отвечать, атакуя железную дорогу, порты, дороги, заправочные станции. И это действительно новый элемент этой кампании в июле.
– Вы упомянули управляемые дроны. Считаете ли вы, что на этом этапе эта российская кампания сопоставима с украинской, которую мы также наблюдаем уже несколько месяцев?
– Я бы сказал и да, и нет. Да, потому что они используют свои дроны так же, как Украина использует дроны FP-1, FP-2 для ударов по целям на расстоянии 50, 100, 200 километров. По целям, которые могут использовать военные или гражданские. То есть это именно то, что Украина сейчас делает на юге, на востоке, а также в Крыму (имеются в виду оккупированные территории Украины – ред.).
Однако России не хватает одного критически важного компонента: у них нет хорошей связи. А такие дроны, как «Молния», есть также БМ-35, не могут использоваться на расстоянии более 20-30 километров, иначе Россия заполнила бы Украину многочисленными ударными дронами на 50-60 километров за линией фронта.
Они атаковали бы дороги, железные дороги, военные базы, противовоздушную оборону, но они не могут этого делать, поскольку у них нет доступа к хорошим системам связи, таким как Starlink.
Именно поэтому сейчас они выводят в космос новые спутники, чтобы заменить Starlink, сделать его собственный аналог. Украина имеет значительно больше таких дронов – Hornet, «Дартс», «Булава» и еще много подобных дронов средней дальности, которые не слишком велики и могут легко поражать грузовики и логистику за линией фронта, особенно на юге.
И это действительно то, что Украина делает, а Россия не может, в основном из-за проблем со связью своих дронов.
– Создается впечатление, что Украина, со своей стороны, была несколько не готова к массовому применению Россией управляемых и реактивных дронов. Как человек со стороны – что вы об этом думаете?
– Я бы сказал, что это недавняя эволюция. Первые управляемые оператором дроны появились совсем недавно. Главное, что Украина месяцами разрабатывала дроны-перехватчики для «Герань-2».
Эти перехватчики не могут достигать скорости «Герань-4» или могут только в определенный момент, потому что «Герань» не всегда летит на своей максимальной скорости. Поэтому их значительно сложнее сбивать.
Это большая проблема, появление которой Украина не предусмотрела, и у нее нет достаточного количества ракет противовоздушной обороны. То есть ей не хватает боеприпасов и перехватчиков для поражения этих дронов.
Мы видели несколько примеров, когда самолеты боролись с ними и запускали по этим дронам ракеты.
Поэтому одним из немногочисленных решений является использование самолетов. Также есть некоторые очень быстрые перехватчики, но им в любом случае нужен искусственный интеллект, ведь на такой скорости очень сложно даже немного скорректировать движение дрона, и даже одна секунда имеет значение.
На самом деле решений не так много, кроме самолетов и наземной противовоздушной обороны. Поэтому они (Украина – ред.) пытаются разрабатывать и создавать новые дроны-перехватчики, которым сегодня необходимы значительно большая скорость и значительно лучшая система автономной навигации.
А Россия наращивает производство. В прошлом месяце «Г
- Последние
- Популярные
Новости по дням
19 августа 2026
