На еду хватает, а на жизнь — нет: как выживают пенсионеры с маленькими доходами и где им помогают

27.08.2026, 14:23 napensii.ua

Цены растут, коммунальные счета накапливаются, а денег после оплаты самого необходимого порой не остаётся даже на продукты. Для одних спасением становятся огород и домашние заготовки, для других — бесплатные обеды, гуманитарная помощь и благотворительные фонды. Истории Кости, Романы и 90-летней пенсионерки показывают, как сегодня люди с небольшими доходами пытаются справляться с нехваткой денег и где ищут поддержку.

Ключевые тезисы:Люди с небольшими пенсиями и зарплатами вынуждены экономить прежде всего на продуктах, одежде, лечении и коммунальных услугах.Бесплатную еду и продукты можно искать при монастырях, церквях, благотворительных организациях и гуманитарных фондах.Просить о помощи в сложной ситуации не стыдно: поддержка может быть не только продуктовой, но и материальной или бытовой.Уровень бедности в Украине продолжает расти на фоне полномасштабной войны. По последней оценке, Всемирного банка, за чертой бедности живут 41,6% населения страны.Люди, попавшие в беду, делятся своими советами. Какую еду приготовить? Где получить бесплатный обед? К кому обратиться за помощью?Вам будет интересно: Пенсии украинцев за 35 лет: какие реформы забирали деньги, а после которых выплаты рослиКак пенсионер выживает на 7 тысяч гривен: бесплатная еда и помощь монастыряКостя держал виноградину двумя пальцами и смотрел на неё, не решаясь съесть.Ягода — налитая медовой сладостью, почти прозрачная. Он медленно поворачивал её, как когда-то поворачивал объектив, выбирая верный угол. Солнце проходило сквозь тонкую кожицу, и внутри вспыхивала золотистая мякоть.Костя был старым фотографом и умел видеть красоту там, где другой не задержал бы взгляда. Но сейчас он смотрел иначе. Не как профессионал. Он не ел виноград несколько лет — не мог себе позволить.И всё же не торопился. Потом положил виноградину в рот — осторожно, почти бережно. Кожица лопнула, и язык обожгло сладким, как мёд, соком.В этот момент Костя увидел монаха, быстро шагавшего по раскалённому монастырскому двору. Тот на ходу пересчитывал взглядом виноградные гроздья и сердито поглядывал на людей, выстроившихся за бесплатным ужином.Чернецы строго следили, чтобы никто не рвал виноград.По словам Кости, малоимущих здесь между собой называют «трапезниками», а иногда и «захребетниками». И вот эти самые «захребетники», ожидая бесплатной еды, позволяли себе дикую вольность — рвать виноград! И это несмотря на грозную табличку:«Без благословения виноград не трогать».Костя засуетился и спрятал сворованную гроздь в кулёк, где уже стояли банки с супом и ячневой кашей, прозванной «цып-цып».Костя раньше работал фотографом в городских газетах. Сейчас он пенсионер, сутки через трое дежурит на автостоянке: поднимает и опускает шлагбаум. Получает семь тысяч гривен. За едой ходит в монастырь.По вечерам там раздают суп, хлеб и кашу. В праздничные дни еду могут выдавать и днём. Каша без мяса, приготовленная на масле, оставшемся после жарки рыбы. Рыбная каша.— Иногда с барского стола выносят что-нибудь вкусное: топлёное молоко, бутерброды с колбаской. Но это редкость. Раз в год. Похлёбка, как правило, более-менее. Я добавляю в неё перец — и тогда она вполне съедобная.Если что-нибудь остаётся от стола семинаристов — это счастье. Картофельное пюре, котлетка или творожок становятся настоящим праздником. Иногда раздают продукты, принесённые на панихиду: печенье, конфеты.Ожидающие еды «захребетники» хорошо знают: бидоны и кастрюли привозят на тележке по очереди два послушника. От того, кто сегодня дежурит, во многом зависит их ужин.Есть один — молодой, весёлый, вихрастый. Он всегда привозит хорошую еду.— Видно, сам пробует, — говорят бабушки.А второй — сонный, неразговорчивый, с бледным широким лицом, похожим на брюхо камбалы. Как ни приедет, суп оказывается вчерашним и уже прокисшим, а хлеб — чёрствым.— Как свиней ракетой побило, так они нам всё испорченное дают, — ропщут «захребетники».Но за еду всё равно покорно благодарят. Если бы не монастырь, говорят они, давно бы загнулись.— Если дома есть просто хлеб, чай и сахар, я уже доволен, — признаётся Костя. — Ем хлеб и представляю, будто это бутерброд с сыром, колбасой или котлетой. Обманываю вкусовые рецепторы. Недавно взял немного картошки по двенадцать гривен. Запекаю её или варю в мундире.Мечтает Костя о шаурме.— Раньше бывало, что ел её каждый день. Теперь — раз в год, если кто-нибудь угостит.А что он может посоветовать другим пенсионерам?— Если живёте в селе, вас спасут огород и домашние закрутки. Городским нужно искать «свой монастырь». А ещё желаю вам хорошего послушника.Помощь для пенсионеровКак прожить на 6500 гривен: пенсионерка тратит почти все деньги на едуУ Романы интереснейшая работа. И что особенно важно — совсем рядом с домом. Пробежала квартал — и уже в театре.В костюмерной полумрак. Пахнет кожей, немного нафталином и театральной пылью. Сегодня у Романы относительно спокойный день: нет предпремьерной суматохи. Нужно погладить десять камзолов, ушить брюки — актёры худеют, — отправить в стирку вышиванки, а сапоги отнести мастеру: подошвы уже «каши просят».И ещё этот плюмаж. Он сохранился с советских времён, стал ломким и теперь крошится прямо в руках. А послезавтра актёру выходить в нём на сцену.Но Романа — профессионал. Она работает в театре не один десяток лет, поэтому в её руках всё летает.Сама Романа маленькая, как птичка. Фигурой похожа на подростка. И ест примерно так же: клюнет немного — и всё. Кажется, коты и собака, с которыми она живёт, съедают больше хозяйки.Её жизнь укладывается в короткий маршрут: дом — театр — дом. На транспорт Романа не тратится — везде ходит пешком.Во время спектакля она стоит за кулисами с нитками наперевес. Беззвучно повторяет вместе с актёрами знакомые наизусть реплики и следит за каждым движением: вдруг у кого-нибудь лопнет шов, оторвётся пуговица или, не дай бог, отлетит подошва?Сейчас Романа вместе с ними — там, на освещённой сцене. И когда зал взрывается аплодисментами, какая-то их часть достаётся и ей.В такие минуты она старается не вспоминать о неоплаченных счетах. Не слышать, как возле её счётчиков уже пощёлкивают кусачками те, от кого зависят вода, свет и газ:— Что значит — нечем платить? Нужно было найти работу, за которую платят больше.Зарплата Романы — минимальная. Причём государство платит ещё меньше, а до установленного минимума доплачивает сам театр. После вычета налогов она получает около 6500 гривен.— Этих денег хватает только на еду, — говорит Романа. — Не голодаю, но питаюсь очень скромно.Основу её рациона составляют овощи и каши. Покупает она и продукты, содержащие белок: яйца, дешёвую рыбу, иногда мясо.Вы сомневаетесь, что две свиные котлеты могут стоить чуть больше двадцати гривен? А вот и могут. Полкилограмма фарша Романа покупает за 86 гривен и делает из него восемь котлет — по две на четыре дня. Получается 21 гривна 50 копеек за мясо на одну порцию. Луковица, яйцо и немного отрубных сухарей увеличивают стоимость совсем ненамного.Куриные котлеты обходятся примерно во столько же. Говядину Романа теперь берёт редко, а из рыбы выбирает селёдку или салаку. Как ни странно, мясо порой оказывается дешевле молочных продуктов. Поэтому привычное представление о том, что небогатый человек может спасаться молоком и творогом, уже не соответствует магазинным ценам.Излишеств Романа не позволяет себе даже по праздникам. Пиццу и роллы она не покупала и в мирное время, по ресторанам и кафе не ходила.Особенно любимых блюд у неё нет. Разве что селёдка под шубой. Но теперь этот обычный для многих салат превратился для Романы в роскошь, которую она позволяет себе всего пару раз в год.Есть у неё ещё одна слабость — минеральная вода «Куяльник».— Иногда покупаю её в жару, когда организм теряет минералы. Была бы побогаче — покупала бы чаще.С начала полномасштабной войны свои и без того скромные запросы пришлось урезать ещё сильнее. Цены выросли. Фруктов Романа, кажется, не покупала с 2022 года. Правда, утешает себя тем, что никогда особенно их не любила. Зато любит чёрный хлеб. Он тоже подорожал, но пока ещё не стал для неё предметом роскоши.Косметику и бытовую химию Романа покупает по минимуму — только со скидками или в дешёвых магазинах вроде «Авроры». Одежду — исключительно в секонд-хендах и во время распродаж. Спасают знакомые: отдают вещи, которые стали им малы.— Без этого я вообще ходила бы голая и босая. Одеваться на мою зарплату невозможно.Но самая большая боль — коммунальные платежи. Одновременно оплатить счета и прокормиться на 6500 гривен нельзя. Поэтому долги растут, а Романа постоянно живёт под угрозой отключения воды, света или газа. Как с ними когда-нибудь расплатиться, она не знает.Лечение тоже стало недоступной роскошью. По врачам Романа не ходит и старается не болеть. Родственников или обеспеченных друзей, способных помочь деньгами, у неё нет. Есть одна близкая подруга — такая же небогатая. Встречаясь, они гуляют с собаками, а иногда выбираются на бесплатные или самые дешёвые культурные мероприятия.От тяжёлых мыслей спасает интернет. На телефоне Романа смотрит фильмы, слушает аудиокниги и лекции. Бумажные книги читает реже: уже не хватает ни зрения, ни времени.Когда появилась собака, Романа стала чаще бывать на воздухе. Прогулки полезны и для физического, и для душевного здоровья.— Собака — это огромная радость и немного дёргающийся глаз, — смеётся она.Когда Марта попала под машину и срочно понадобились деньги, Романе пришлось просить помощи у друзей в социальных сетях. Иначе спасти собаку она не смогла бы.Свою работу Романа любит, хотя справляться с ней становится всё тяжелее. У неё варикоз, а в костюмерной приходится почти весь день проводить на ногах: носить, гладить, перешивать, одевать актёров, а во время спектакля быть готовой в любую секунду прийти им на помощь.Но театр поддерживает её психологически. После хорошо сыгранного спектакля эйфорию испытывают не только артисты. Люди, которые остаются за кулисами, тоже чувствуют, что вечер удался благодаря им.Романа не строит далёких планов.— Пока как-то выживаю. Что будет дальше — не знаю и не загадываю. На еду мне и собаке уход