«Казахстан вовлечен в информационную войну». Как российская пропаганда войны влияет на умы зрителей и читателей

07.11.2026, 03:21 azattyqasia.org

Как работает российская пропаганда, оправдывающая военное вторжение в соседнюю страну? Почему кремлевские нарративы находят отклик у части казахстанской аудитории, и кто особенно подвержен их воздействию? Азаттык Азия поговорил об этом со Снежаной Цой, представительницей международного центра журналистики Medianet, который занимается социологическими исследованиями об отношении казахстанцев к войне России против Украины.

Снежана Цой — руководитель исследовательских программ Международного центра журналистики Medianet, координатор первого в Центральной Азии фактчек-ресурса factcheck.kz и проектов Бюро мониторинга общественного мнения Demoscope. С 2022 года Demoscope проводит опросы о военном вторжении России в Украину и изучает влияние российской пропаганды на казахстанскую аудиторию.

Азаттык Азия: Что вы называете российской пропагандой?

Снежана Цой: Российская пропаганда и в целом пропаганда — сложное для определения явление. В общих чертах, пропаганда — систематическое, целенаправленное воздействие на общественное мнение с целью формирования определённых установок, ценностей и изменения общественного поведения.

Если говорить о российской пропаганде в контексте войны в Украине и том, как она действует на информационное поле Казахстана, конечно, это очень токсичное явление. Ключевая угроза информационная, которую нужно учитывать. Российская пропаганда — это манипулирование, изменение общественного мнения.

Азаттык Азия: Где проходит грань между журналистикой, пропагандой и пророссийской точкой зрения?

Снежана Цой: Журналистика должна быть непредвзятой — она должна быть объективной, ответственно доносить информацию нейтральными формулировками. Пропаганда делает ровно наоборот. Но при этом она носит скрытый характер, и она не заявляет себя как таковой, нет каких-то маркировок, лейблов, что это пропаганда, что сейчас вам будут «промывать мозги». Но она, конечно, использует журналистские форматы и мимикрирует под фактчекинг, под профессиональные медиа, но, по сути, она манипулирует общественным мнением, этим она и опасна.

Азаттык Азия: Можете привести пару примеров? Чтобы для обывателя было ясно

Снежана Цой: Распространённое эмоционально заряженное клише «русофобия». Очень часто его используют в контексте войны в Украине как оправдание защиты «русского мира», русского языка в Украине. Точно так же здесь: когда какая-то группа людей в Казахстане пытается поднимать вопросы деколонизации, развития казахского языка и его важности, их могут просто причислить к вражескому лагерю, который якобы хочет каким-то образом дискриминировать русскоязычных граждан.

Один из самых хрестоматийных, токсичных нарративов российской пропаганды — нарратив о «загнивающем Западе». Его стали использовать ещё в царской России, потом он перекочевал в советскую идеологию, сейчас активно используется, чтобы дискредитировать условный «коллективный Запад». Один из аргументов — Россия якобы воюет со странами НАТО и со странами Запада. Нарратив о «загнивающем Западе» используется для оправдания репрессий, для переноса внимания. Если люди видят, что цены растут, уровень жизни падает, но тут же им ретранслируется картина в пропагандистских сюжетах, что европейцы мёрзнут в холодных квартирах, чуть ли не едят домашних животных, у них там коллапс, но у нас всё не так плохо.

Азаттык: Как российский информационный контент с элементами манипуляции, пропаганды проникает в Казахстан для казахстанской аудитории? Какие есть основные источники распространения, каналы?

Снежана Цой: У нас более или менее открытое информационное пространство. С одной стороны это хорошо, но с другой стороны даёт возможность проникать в казахстанское информационное поле внешним агентам, в частности российской пропаганде. Информационную войну она ведёт уже не только по телевидению, всё очень эффективно используется: и различные мультимедийные форматы, социальные сети. Для молодёжи они делают короткие нарезки. Нельзя не сказать, что у нас, к сожалению, всё ещё транслируются свободно российские телеканалы — в кабельном вещании у нас работает Sputnik Казахстан, который тоже активно продвигает российскую адженду.

Азаттык: В 2022 году был кейс, когда один маленький локальный провайдер решил отказаться от трансляции в Казахстане российских каналов? Чем закончилась эта история?

Снежана Цой: Насколько я знаю, всё откатили очень быстро. Хотя это же не только какой-то локальный канал принял [решение]. Наша организация и другие правозащитные, медийные, независимые организации, гражданское общество в целом неоднократно говорили — мы всё ещё продолжаем настаивать — о том, что необходимо ограничить вещание, потому что у нас в Казахстане запрещена пропаганда войны, ненависти, дискриминации и призывов к расправам. Точно так же, как и 20-я статья международного кодекса гражданских политических правах запрещает пропаганду войны и агрессивный, жёсткий язык вражды. Мы видим сейчас, что, к сожалению, у нашего общества есть свободный нерегулируемый доступ к пропагандистскому токсичному контенту.

Азаттык: По вашей информации, официальные органы, государственные органы, занимаются мониторингом, выявлением таких манипулятивных нарративов?

Снежана Цой: Если говорить конкретно, ведутся ли какие-то замеры, опросы общественного мнения, как влияет российская пропаганда на общественное мнение — мы таких исследований не видели. Возможно, какие-то внутренние анализы делают, но публично никаких дискуссий, никакой информации нет. И это, конечно, очень плохо, потому что, мне кажется, в первую очередь, на государственном уровне необходимо вводить реформы, нужно менять законодательство, нужно менять подходы для того, чтобы реагировать на это.

Был какой-то кейс, когда Аида Балаева, будучи министром информации, отреагировала: региональный канал ретранслировал передачу военную телеканала «Звезда» («Казахстанский телеканал «ОҢ ТВ» ретранслировал программу «Военная приемка» российского телеканала «Звезда, где рассказывается о достижениях военной науки и техники. — Ред.). Там была жесточайшая пропаганда, оправдание войны и убийства. Они [казахстанские власти] призвали отечественные медиа осторожнее относиться к ретрансляции, ответственно выбирать контент.

Один из факторов риска, о котором очень важно заявить: у нас большое количество потребителей русскоязычного контента, который в том числе содержит токсичную пропаганду, пропаганду войны. Опросы Demoscope показали очень чёткую корреляцию между языком потребления. Русскоязычные граждане гораздо больше подвержены российской пропаганде, к сожалению, так как у них русский язык — основной язык потребления информации. Допустим, маркер «специальная военная операция» выбирали в наших опросах 2025 года 21 процент [опрошенных], тогда как казахоязычные граждане — лишь 6 процентов. Опросы показывают значительную корреляцию подверженности старшего поколения русскоязычных, которые больше склонны ретранслировать нарративы Кремля о том, что происходит в Украине.

Азаттык Азия: И это формирует в их сознании определенное мнение?

Снежана Цой: Пропаганда использует такие приёмы, как упрощение: «мы хорошие, они — плохие». Таким образом поляризирует общество, вызывая негативные эмоции, страх, агрессию, дегуманизируя. Пропаганда использует заряженный эмоциональный язык, наделяя одних людей позитивными качествами: «это наши священные воины», других — негативными: «это враги, фашисты». Людям подаётся своего рода информационный фастфуд, когда очень сложную геополитическую ситуацию, какой-то большой конфликт, войну раскладываешь просто по полочкам, очень упрощая, подавая широкой аудитории готовый нарратив, фрейм и говоришь: «Вот мы на самом деле ведём священную войну, мы защищаем русских людей, там их дискриминируют».

Азаттык Азия: Сторонники пророссийских взглядов могут в ответ сказать, что вы защищаете Украину, вы против России.

Снежана Цой: Я не успела ответить, чем отличается пророссийскость или пророссийский взгляд от журналистики или от российской пропаганды. На самом деле это двоякая история, потому что пророссийскими можно считать и диссидентов, и правозащитников, и журналистов, и людей несогласных, которые покинули Россию после полномасштабного вторжения. И эти люди явно болеют за свою родину, они хотят, желая Украине победы в этой войне, чтобы Россия стала более открытой, демократической, свободной страной. Их тоже можно отнести к пророссийски настроенным гражданам.

Азаттык Азия: Давайте подробнее разберём один ваш опрос. В апреле 2022 года он вышел под заголовком: «Значительная часть казахстанцев подвержена влиянию российской пропаганды». Как пришли к таким выводам?

Снежана Цой: Когда случилось полномасштабное вторжение, мы, естественно, захотели измерить, как казахстанцы воспринимают конфликт, какой уровень поддержки. В конце февраля или в начале марта мы запустили исследование, опубликовали в апреле 2022 года. Результаты нас шокировали. Мы получили картину, что большое количество граждан высказались в поддержку России и ретранслировали нарративы Кремля, объясняя, почему Россия «вынуждена была напасть». При этом довольно мало людей поддерживали Украину.

Мы провели повторный замер через полгода, потому что градус напряжения был тогда очень велик. Всего мы провели три опроса: два в 2022 году и один в 2025.

В 2022 году суммарно около 33 процентов казахстанцев выразили свою позицию о происходящем в Украине, ретранслируя нарративы Кремля. То есть часть граждан считала, что «Россия воюет со странами НАТО», а другая часть считала, что там происходит «специальная военная операция по борьбе с фашистами». При этом порядка 15 процентов граждан тогда считали, что это захватническая и агрессивная война с целью оккупации Украины. И около 60 процентов граждан у нас придерживались нейтральной позиции, то есть они не высказались по этому вопросу. Это довольно сложный был, видимо, для понимания вопрос.

Азаттык Азия: Между вторым исследованием и последним, которое вы проводили в 2025 году, есть ли какие-нибудь общие тенденции, какие-нибудь моменты, на которых вы хотели бы заострить внимание?

Снежана Цой: В 202

Читать полностью…