Украинский пантеон на чужбине: где похоронен Дмитрий Донцов – главный идеолог ОУН
Личность Дмитрия Донцова – одного из самых влиятельных и противоречивых украинских мыслителей ХХ века, чьи идеи стали идеологической основой для Организации украинских националистов, – является ярким тому подтверждением. Его публицистика была острой, философия – бескомпромиссной, а влияние на молодежь Галичины в межвоенный период – колоссальным. Однако свой последний пристанище этот идеолог обрел не на родной украинской земле, а за тысячи километров от нее, на североамериканском континенте.
Сегодня, в 2026 году, когда Украина продолжает свою изнурительную, экзистенциальную войну против российского империализма, фигура Донцова требует глубокого, объективного и лишенного советских или либеральных штампов осмысления. Он предстает перед нами не как безупречный бронзовый идол, а как сложная историческая фигура, чьи диагнозы относительно природы российской государственности оказались поразительно точными. Чтобы понять, почему его могила находится за океаном, нам необходимо подробно проанализировать его жизненный путь – от русифицированного Юга Украины до эмиграции во франкоязычную Канаду.
Дмитрий Иванович Донцов родился 29 августа (по новому стилю) 1883 года в Мелитополе, который в то время был уездным городом Таврической губернии Российской империи. Его происхождение является одним из самых интересных парадоксов украинской истории. Будущий теоретик украинского национализма рос в зажиточной семье торговца сельскохозяйственной техникой, в русскоязычной среде. Его семья имела украинские корни, хотя культурно была полностью интегрирована в имперское пространство. Путь Донцова к украинской идентичности не был следствием семейного воспитания; это был сознательный, глубоко интеллектуальный выбор зрелого человека, что сделало его убеждения абсолютно непоколебимыми.
Юный Дмитрий Донцов / Фото из Википедии
Учась на юридическом факультете Петербургского университета, Донцов, как и большинство тогдашней молодежи, увлекся социалистическими идеями. Он вступил в Украинскую социал-демократическую рабочую партию (УСДРП), из-за чего дважды подвергался арестам царской полицией – в 1905 и 1907 годах. После второго ареста он был вынужден бежать за границу, в Галичину, которая тогда входила в состав Австро-Венгерской империи. Именно там произошла его мировоззренческая эволюция. Донцов быстро разочаровался в марксизме и украинском социализме. Он первым среди своих современников осознал роковую ошибку таких деятелей, как Владимир Винниченко: наивную веру в то, что русские "демократы" или "социалисты" будут благосклонны к украинской независимости. В 1913 году на Втором Всеукраинском студенческом съезде во Львове Донцов выступил со своим знаменитым докладом "Современное политическое положение нации и наши задачи", где впервые открыто призвал к политическому сепаратизму от России и ориентации на Западную Европу.
Формуляр, составленный на Дмитрия Донцова в Киевском жандармском управлении, 1907 год / Фото ЦДИАК Украины, ф. 2226, оп. 1, дел. 3367, л. 1 об.
В период Украинской революции 1917 – 1921 годов Донцов вернулся в Киев. Наиболее плодотворным для него стал 1918 год, когда во времена Украинского государства гетмана Павла Скоропадского он возглавил Украинское телеграфное агентство (УТА) и Бюро прессы. Это был редкий период, когда Донцов имел непосредственное отношение к государственному аппарату. После падения Гетманата он навсегда покинул Приднепровье.
Настоящий тектонический сдвиг в украинской политической мысли произошел в 1926 году, когда во Львове вышел его эпохальный труд "Национализм". В нем Донцов сформулировал доктрину действующего (интегрального) национализма. Он предложил философию волюнтаризма – примат воли над Умом, действия над пассивным созерцанием. Донцов безжалостно критиковал "провансальство" – комплекс неполноценности, провинциальности и уступчивости, который, по его мнению, парализовал украинскую элиту. Он требовал от нации фанатичной преданности своей идее, готовности к борьбе и безжалостности по отношению к врагам.
Работа Дмитрия Донцова "Национализм" / Обложка книги
Важный исторический факт: Дмитрий Донцов никогда не был членом Организации украинских националистов (ОУН). Он оставался кабинетным мыслителем, редактором влиятельных журналов "Литературно-научный вестник" (1922 – 1932) и "Вестник" (1933 – 1939). Вокруг него сплотилась блестящая плеяда молодых талантов – так называемые "вистниковцы": Евгений Маланюк, Елена Телига, Олег Ольжич, Юрий Липа. Для молодежи он был бесспорным авторитетом, но для многих политиков – чрезвычайно сложным, резким и авторитарным человеком, который не терпел компромиссов и часто вступал в ожесточенную полемику даже с единомышленниками.
Начало Второй мировой войны в сентябре 1939 года вынудило Донцова покинуть Львов. Спасаясь от наступления советских войск и неизбежного расстрела органами НКВД, он начал долгий путь эмигранта. Его маршрут пролегал через Данциг, Берлин, Бухарест, Прагу. После окончания войны он оказался в американской зоне оккупации Германии, впоследствии переехал в Париж, затем в США, и, наконец, в 1947 году обосновался в Канаде, в городе Монреаль. Именно там, во франкоязычном Квебеке, прошла последняя, самая долгая четверть его жизни.
В Монреале Донцов продолжал писать и читать лекции в украинской общине, однако жизнь в эмиграции была суровой. Послевоенная украинская диаспора была глубоко расколота политическими конфликтами, в частности между сторонниками Степана Бандеры и Андрея Мельника. Донцов, с его бескомпромиссным характером, пытался оставаться в стороне от этих споров, но фактически оказался в некоторой изоляции. Он продолжал активно писать, издал ряд важных трудов, среди которых "Крест и меч" (1967), где осуждал советскую систему и критиковал западный мир за его политику "разрядки" и уступчивость перед Москвой.
Последние годы жизни Дмитрия Ивановича были омрачены болезнями, финансовыми трудностями и одиночеством. Человек, чьи тексты вдохновляли тысячи юношей и девушек идти в подполье УВО и ОУН, жил в очень скромных условиях. Однако его аналитический ум оставался острым. Он внимательно следил за событиями в подсоветской Украине, анализировал движение шестидесятников и не питал никаких иллюзий относительно возможности демократизации СССР.
Дмитрий Донцов скончался 30 марта 1973 года в Монреале, на 90-м году жизни. Его смерть стала большой утратой для украинской политической эмиграции, хотя западная пресса почти не обратила на это внимания. Советские средства массовой информации, естественно, проигнорировали это событие, поскольку имя Донцова в СССР было абсолютно табуированным, а его труды хранились исключительно в спецхранилищах КГБ.
Несмотря на то, что Дмитрий Донцов умер в Канаде, местом его вечного упокоения стали Соединенные Штаты Америки. Его тело перевезли из Монреаля в городок Саут-Баунд-Брук (South Bound Brook) в штате Нью-Джерси. Он похоронен на Украинском православном кладбище святого Андрея (St. Andrew's Ukrainian Orthodox Cemetery).
Выбор этого места был глубоко символическим и логичным. Саут-Баунд-Брук – это не просто кладбище, это настоящий украинский национальный пантеон в изгнании, который часто называют "Украинским Иерусалимом". Этот духовный центр был основан усилиями митрополита (а впоследствии патриарха) Мстислава Скрипника. Вокруг величественной церкви-памятника святого Андрея Первозванного, построенной в память о жертвах Голодомора 1932 – 1933 годов, нашли свой покой более десяти тысяч выдающихся украинцев. Здесь похоронены правительственные чиновники УНР, генералы и старшины Армии УНР и УПА, выдающиеся писатели (в частности, Тодось Осьмачка, Евгений Маланюк), ученые и общественные деятели. Перевозка тела Донцова сюда означала, что главный идеолог украинского национализма должен покоиться среди элиты нации, которая, как и он, боролась за независимость, но не смогла вернуться на родину.
Могила Дмитрия Донцова в США / Фото Укринформ
Почему же его не похоронили в Украине? Ответ кроется в жестокой геополитической и внутриполитической реальности 1973 года. Украина находилась под тоталитарным контролем Советского Союза. Это был период так называемого "застоя", когда после относительной "оттепели" начался новый виток репрессий. Именно в 1972 – 1973 годах в УССР прошла масштабная карательная операция КГБ под кодовым названием "Блок", в результате которой за решетку были брошены сотни украинских диссидентов: Вячеслав Чорновил, Василий Стус, Иван Светличный, Евгений Сверстюк и многие другие. К власти в республике пришел жесткий ставленник Москвы Владимир Щербицкий, который начал тотальную русификацию и зачистку культурного пространства.
Для советской системы безопасности Дмитрий Донцов был олицетворением абсолютного зла, идеологическим врагом номер один. Вернуть его прах в УССР было физически и политически невозможно. Советская власть никогда бы не позволила похоронить его на украинской земле, ведь его могила мгновенно стала бы местом паломничества и символом сопротивления. Любая попытка тайной перевозки останков закончилась бы их конфискацией и уничтожением спецслужбами. Поэтому украинская диаспора приняла единственное возможное решение – похоронить его на свободной американской земле, где его память будет сохранена до тех пор, пока Украина не обретет государственность.
В 2026 году, когда Украина ведет полномасштабную войну за свое физическое выживание, наследие Дмитрия Донцова приобретает исключительную актуальность. На протяжении десятилетий после восстановления независимости в 1991 году украинский академический истеблишмент относился к нему с некоторой настороженностью. Его часто критиковали за радикализм, обвиняли в антидемократических взглядах, пытаясь оценивать его тексты 1920 – 1930-х годов через призму современных либеральных ценностей, игнорируя жестокий исторический контекст межвоенной Европы, когда безгосударственные нации стояли перед угрозой полного уничтожения.
Однако историческая реальность подтвердила фундаментальную правоту Донцова в его главном диагнозе. Он утверждал, что российский империализм неизменен по своей сути, независимо от т
- Последние
- Популярные
Новости по дням
1 сентября 2026
