США, Китай и Европа борются за минералы: сможет ли Казахстан диктовать условия?
США, Китай и Европа заинтересованы в стабильных поставках критически значимых минералов, необходимых для промышленности и современных технологий. Для Казахстана, обладающего крупными запасами полезных ископаемых, это шанс привлечь миллиарды долларов инвестиций и укрепить позиции на международных переговорах. Но возникает вопрос, кто в конечном счете заработает на казахстанских недрах? Страна, которая добывает сырье, или иностранные компании, которые будут его перерабатывать?
Эксперт в области повышения производительности промышленных предприятий Тельман Шуриев в интервью
BAQ.KZ
рассказал, почему интерес крупных держав к казахстанским минералам растет, какие условия страна может выдвигать инвесторам и почему богатые месторождения еще не означают больших доходов.
Почему Казахстан оказался в центре внимания
Горно-металлургический комплекс уже занимает заметное место в экономике Казахстана. По оценке Тельмана Шуриева, на его долю приходится 20–25% общего экспорта страны.
«Мы уже видим влияние горно-металлургического сектора на экономику. А рост спроса на критически значимые минералы может еще больше повысить роль Казахстана», говорит эксперт.
Одним из главных преимуществ страны он считает огромные запасы полезных ископаемых, значительная часть которых пока не освоена.
Ссылаясь на оценки Всемирного банка, Шуриев отметил, что потенциал минеральных ресурсов Казахстана может оцениваться в несколько триллионов долларов.
По данным, которые ранее приводила национальная компания Kazakh Invest со ссылкой на Всемирный банк, в стране насчитывается более пяти тысяч неразведанных месторождений редких и редкоземельных металлов.
В качестве примера эксперт привел вольфрам и уран. По его оценке, Казахстан занимает второе место в мире по запасам вольфрама, первое по добыче урана и второе по его запасам.
«Наши огромные неосвоенные запасы вызывают интерес других стран. При дальнейшем росте спроса на критически значимые минералы Казахстан может играть гораздо более значительную роль», считает Шуриев.
Но интерес иностранных партнеров связан не одним лишь количеством полезных ископаемых. Крупнейшие экономики ищут новые источники поставок, чтобы снизить зависимость от отдельных производителей и перерабатывающих центров.
Почему США и Европа ищут альтернативу Китаю
Китай занимает ведущие позиции в добыче, переработке и потреблении многих металлов. Значительная часть перерабатывающих мощностей сосредоточена на его территории.
Такая концентрация создает риски для других стран, особенно на фоне торговых и политических противоречий.
«Китай сосредоточил у себя значительную часть переработки. Поэтому при противоречиях между США, Европой и Китаем цепочки поставок становятся уязвимыми. В связи с этим Европа и США ищут альтернативные источники», объясняет Шуриев.
Для Казахстана складывается выгодная переговорная ситуация. Страна может развивать сотрудничество сразу с несколькими крупными партнерами, каждый из которых заинтересован в доступе к стратегическому сырью.
«Мы готовы работать со всеми странами. Это придает нашему голосу дополнительный вес», отмечает эксперт.
По его мнению, Казахстану нет необходимости ограничивать себя сотрудничеством с одним экономическим центром.
«Баланс между этими сторонами открывает значительные возможности для развития нашей страны. У нас хорошие отношения с Китаем, одновременно развиваются связи с США. Европа тоже начала активно участвовать в проектах этого направления», говорит Шуриев.
Такая позиция способна укрепить влияние Казахстана на переговорах. Но политические возможности еще предстоит превратить в производственные мощности, рабочие места и дополнительные доходы.
Инвестору выгодно вывезти концентрат. А что получит Казахстан?
Один из самых сложных вопросов касается переработки добытых минералов.
Казахстану нужны иностранные инвестиции для освоения месторождений и строительства новых предприятий. По словам Шуриева, собственных финансовых возможностей для реализации всех проектов недостаточно.
«Нам нужны инвесторы. Потому что средств на освоение существующих месторождений и развитие переработки не хватает», объясняет он.
При этом интересы инвестора и государства могут различаться.
Иностранной компании зачастую выгоднее добыть руду, получить концентрат и отправить его за границу. Там сырье проходит дальнейшую переработку, превращаясь в готовую продукцию с более высокой стоимостью.
Казахстан же заинтересован в том, чтобы как можно большая часть производственной цепочки находилась внутри страны.
«Многие инвесторы хотят вывезти концентрат, то есть полуфабрикат, переработать его у себя и создать добавленную стоимость. А нынешний курс Казахстана и Министерства промышленности направлен на увеличение доли внутренней переработки», говорит Шуриев.
Эксперт обратил внимание на изменения в структуре казахстанской промышленности. По его словам, обрабатывающий сектор начал опережать добывающий.
Эту тенденцию подтверждают официальные данные. По итогам 2025 года, согласно Бюро национальной статистики, доля обрабатывающей промышленности в валовом внутреннем продукте Казахстана составила 12,8%, а горнодобывающей промышленности 11,7%.
Шуриев рассматривает такое соотношение как свидетельство постепенного перехода к выпуску продукции с более высокой добавленной стоимостью.
Но потребовать от каждого инвестора немедленно построить завод глубокой переработки практически невозможно.
Почему на разработку одного месторождения могут уйти 18 лет
Горно-металлургические проекты требуют огромных вложений, сложных технологий и многолетней подготовки.
По словам Шуриева, некоторые предприятия начинают работу с производства концентрата и лишь спустя годы переходят к следующему этапу переработки.
«Отдельные проекты не могут сразу выйти на высокий уровень переработки. Первые пять-десять лет они могут производить концентрат и лишь после этого переходить к продукции более высокого передела. Эта доля будет увеличиваться постепенно», объясняет эксперт.
В качестве примера он привел разработку медных месторождений.
«Любое горно-металлургическое производство очень дорогое и сложное. Например, запуск одного медного месторождения может занять 18 лет. В таких условиях требование сразу построить производство глубокой переработки осложняет привлечение инвестиций», считает Шуриев.
Поэтому условия для инвесторов, по его мнению, должны зависеть от особенностей каждого проекта.
Если государство выдвинет чрезмерные требования на начальном этапе, проект может оказаться экономически невыгодным. Но отказ от переработки внутри страны лишит Казахстан значительной части потенциальных доходов.
Эксперт считает, что растущий международный спрос позволяет Казахстану обсуждать с инвесторами более выгодные условия.
«Страны, которым нужны металлы, готовы соглашаться на подобные условия ради доступа к определенному сырью. Рынок это понимает», говорит он.
Еще один фактор, влияющий на инвестиционные решения, связан со стабильностью законодательства.
«Инвесторы обращают внимание и на часто меняющееся законодательство. Это создает определенные препятствия для привлечения инвестиций», отмечает Шуриев.
По его мнению, одинаковый подход ко всем полезным ископаемым не подойдет. Необходимо учитывать доходность производства, состояние рынка и стадию развития каждого проекта.
«Если мы понимаем, что производство высокорентабельно, например в случае с ураном, Казахстан сразу предъявляет требования к более глубокой переработке. А в случае с вольфрамом, рынок которого только формируется, производству предоставляется определенное время для становления. Такой подход действует и в отношении других минералов», объясняет эксперт.
20 млрд долларов инвестиций. Что предлагает Всемирный банк?
Дополнительные возможности для Казахстана открывает сотрудничество с международными финансовыми организациями.
Тельман Шуриев обратил внимание на инициативу Всемирного банка, связанную с привлечением до 20 млрд долларов инвестиций в развитие минерально-сырьевого сектора.
Эксперт отметил, что на этапе обсуждения инициативы речь шла о готовности привлечь финансирование, но окончательные договоренности тогда еще не были оформлены.
«Всемирный банк выступил инициатором этого проекта. Пока он не был полностью подписан, говорилось о готовности предоставить финансирование. Казахстан будет играть большую роль в этом направлении», рассказал Шуриев.
Между тем 16 октября 2026 года Казахстан официально присоединился к глобальной инициативе Группы Всемирного банка Metals and Minerals Compact, став первой страной Центральной Азии, участвующей в программе.
Церемония состоялась в Таиланде во время ежегодных встреч Группы Всемирного банка и Международного валютного фонда. Казахстан представлял председатель правления Национальной геологической службы Ерлан Галиев.
Сотрудничество рассчитано на период с 2026 по 2030 год. Одной из целей программы стало содействие привлечению около 20 млрд долларов инвестиций к 2031 году.
Речь идет о капитале из различных источников, включая частные инвестиции, при финансовой, аналитической и технической поддержке Группы Всемирного банка. Указанная сумма не означает, что Казахстану уже выделили 20 млрд долларов.
Инвестиции предполагается направлять на расширение минерально-сырьевой базы, развитие добычи и переработки полезных ископаемых, строительство необходимой инфраструктуры и развитие технологий.
Сможет ли Казахстан превратить свои недра в политический козырь?
По мнению Шуриева, конкуренция крупных экономик за критически значимые минералы дает Казахстану возможность расширить круг партнеров и добиваться более выгодных условий сотрудничества.
Но полностью отказаться от зависимости от иностранных инвестиций страна в обозримой перспективе не сможет.
«Зависимость есть и будет. Потому что горно-металлургическое производство очень дорогое и сложное», признает эксперт.
Дальнейший результат будет зависеть от того, насколько Казахстан сумеет совместить привлечение зарубежного капитала с развитием собственных перерабатывающих предприятий.
Крупные запасы минералов дают стране весомый аргумент на международных
- Последние
- Популярные
Новости по дням
27 октября 2026
