«Лидер исчезает — возникают слухи». Почему в Центральной Азии закрыта информация о здоровье первых лиц?

05.03.2026, 07:11 azattyqasia.org

«ИНФОРМАЦИЯ ДЕРЖИТСЯ В СЕКРЕТЕ»

Лидер Таджикистана Эмомали Рахмон известен медийной активностью. Он разъезжает по регионам, открывает объекты, проводит совещания с подчинёнными. Но в первой половине февраля Рахмон внезапно исчез из публичного поля. В конце января президент, как сообщила его пресс-служба, провёл совещание с руководителями силовых структур, которое, в свою очередь, прошло после паузы длиной в месяц в его рабочем графике.

Отсутствие президента в информационном пространстве породило слухи о проблемах с его здоровьем. Журналисты писали со ссылкой на источники, что 74-летний Рахмон «проходит лечение за границей». Называлась страна — Китай, на тропическом острове которого предположительно лечился руководитель Таджикистана. Никаких официальных комментариев на этот счёт не последовало.

15 февраля Рахмон, стоящий у руля центральноазиатской страны почти 34 года, появился на публике. Он встретился с главой Азиатского банка инфраструктурных инвестиций и записал видеопоздравление китайскому лидеру. Ранее подобные поздравления обычно направлялись в виде телеграмм. Наблюдающие за политикой Душанбе расценили это как реакцию на спекуляции об ухудшении состояния здоровья лидера.

«Информация о состоянии здоровья президентов обычно держится властями в секрете. Отчасти это объясняется традицией, сохранившейся со времён СССР, — рассуждает эксперт по Центральной Азии Брюс Панниер. — В Центральной Азии в начале 90-х это не рассматривалось как серьёзная проблема. Но после того, как Сапармурат Ниязов [бывший президент Туркменистана, умерший в 2006 году] надолго исчез из поля зрения общественности, люди стали открыто задавать вопросы о местонахождении и состоянии здоровья туркменского лидера. С тех пор в странах региона стало обычным делом, когда лидер на короткое время исчезает, но, если он не появляется в течение нескольких недель, естественно, возникают разные слухи. Поскольку большинство из них старше 60 лет, чиновники обычно ограничиваются такими ответами, как глава государства “в отпуске” или “занят работой”».

Таджикистан — не единственная центральноазиатская страна, где вокруг здоровья лидера возникают всевозможные домыслы ввиду закрытости официальной информации по этому вопросу. Узбекистан и Казахстан вполне «составить конкуренцию» Душанбе.

За десять лет президентства Шавката Мирзиёева не было ни одного официального комментария о состоянии его здоровья. Не было даже сообщений о том, что глава Узбекистана брал отпуск — он словно постоянно на работе.

Политический аналитик Алишер Ильхамов, руководитель базирующегося в Лондоне центра Central Asia Due Diligence, связывает эту ситуацию с системой государственного управления, в которой недопустим даже намёк на отсутствие на месте принимающего решения лидера.

«Главы государств и правительств — обычные люди, они тоже могут болеть. У них могут быть какие-то лёгкие болезни, могут быть серьёзные, которые делают их неспособными выполнять, по крайней мере, временно свои функции. И в таких случаях законом предусмотрены определённые правила. Во многих странах мира, включая даже чисто с формальной точки зрения в странах Центральной Азии в какой-то степени. Но особенно мы видим это на примере наиболее развитых стран — западных, демократических, где существует реальное разделение властей, поддержанное степенью развития государственных институтов. То есть, вся власть не сводится только лишь к одной власти президента или премьер-министра. Есть другие ещё механизмы. И это позволяет не допускать вакуума власти, вакуума принятия решений. Особенно это очень важно с точки зрения национальной безопасности в случае возникновения угрозы», — отмечает эксперт.

Наблюдатели считают, что закрытая информационная политика в Узбекистане во многом сформировалась во времена правления первого президента Ислама Каримова, при котором Мирзиёев работал премьер-министром и хокимом.

В августе 2016 года международные агентства и СМИ со ссылкой на источники сообщили о госпитализации 78-летнего Ислама Каримова в критическом состоянии. Официальная информация появилась лишь несколько дней спустя. О смерти Каримова Ташкент объявил 2 сентября.

Брюс Панниер объясняет, как это влияет на доверие общественности:

«Когда официально было объявлено о госпитализации Ислама Каримова с инсультом, общество сразу начало высказывать предположения о его смерти. Потому что раньше о подобном не сообщалось. Поэтому, когда в Центральной Азии появляется официальная информация о том, что “президент госпитализирован в тяжёлом состоянии”, многие предполагают, что он умер».

«РАЗНЫЕ РАЗГОВОРЫ»

Аналитик Алишер Ильхамов отмечает, что обсуждение вопроса относительно здоровья лидеров стран региона осложняет несовершенство либо отсутствие механизма временной передачи власти в Центральной Азии.

«В развитых странах существует фигура и должность вице-президента. В случае каких-то проблем со здоровьем президента полностью или на временной основе власть или право принятия решений переходит вице-президенту. В Узбекистане и вообще в Центральной Азии нет института вице-президента. И это во многом связано с негативным опытом с точки зрения этих авторитарных режимов. В начале правления Ислама Каримова, когда он был “избран” президентом, при нём была введена должность вице-президента, которую занял Шукурулла Мирсаидов. Но вскоре после этого избрания между ними (Каримовым и Мирсаидовым — Ред.) возникли трения. Опасаясь угрозы своей власти, Каримов ликвидировал эту должность в начале 1992 года. Фактически была ликвидирована сама процедура в таких ситуациях, когда требуется какая-то замена президента, который не способен управлять государством по причине болезни. И видимо, из этого опыта извлекли уроки и другие президенты стран Центральной Азии. Фактически ни в одной из центральноазиатских стран нет такой должности. Только сейчас Токаев ставит вопрос об этом и предложил ввести эту должность. Но непонятно с точки зрения логики авторитарной власти, как он сможет себя обезопасить от какого-то потенциального госпереворота», — рассуждает Ильхамов.

В 2025 году в Казахстане вступили в силу поправки к закону «О государственных секретах», согласно которым информация о здоровье и личной жизни президентов, бывших президентов, а также членов их семей, должна быть отнесена к госсекретам и запрещена к распространению. Однако и без официального засекречивания такие сведения закрыты от общественности.

В опубликованном в начале года интервью газете Turkistan президент Касым-Жомарт Токаев на вопрос о «разных разговорах» вокруг его здоровья и заметной потери веса ответил, что медицинских жалоб у него нет.

«Давление стабильно в норме. Втянулся в ежедневные занятия йогой, но без медитации. Пару раз в неделю играю в настольный теннис с бывшим профессиональным игроком. Действительно, похудел на девять килограммов, что улучшило самочувствие», — заявил Токаев.

«Разные разговоры» о состоянии 72-летнего Токаева, о которых упомянул интервьюер, не совсем беспочвенны. Пресс-служба президента Казахстана в последние годы редко публикует видео идущего Токаева. Кадры с шагающим президентом, как правило, длятся всего несколько секунд, затем перекрываются другими планами. Нет видео, как он спускается с трапа самолёта или со ступеней обычной лестницы. Во время мусульманских праздников, когда Токаев посещает мечети, он обычно сидит на невысокой скамье, а не на покрытом ковром полу, как традиционно принято.

Акорда за почти семь лет президентства Токаева сообщала только о двух его отпусках, в обоих случаях они были краткосрочными: одну неделю он брал в августе 2022-го и четыре дня — в июле 2024-го. Отпусков подольше, судя по сообщениям администрации президента, у Токаева не было.

Закрытой была в своё время и информация о состоянии здоровья первого президента Нурсултана Назарбаева. В июле 2011 года, когда глава государства находился в краткосрочном отпуске, германский таблоид Bild написал, что Назарбаев перенёс операцию на предстательной железе в клинике Гамбург-Эппендорф в Германии. Официально сообщения о госпитализации тогда опровергались.

Единственный раз пресс-служба президента Казахстана сообщила о заболевании Назарбаева в 2016 году. Пресс-секретарь заявил, что Назарбаев «проходит плановое лечение в связи с простудным заболеванием, в целом состояние здоровья не вызывает никакого беспокойства». На этом фоне был отменён визит президента в Армению, который, как писали СМИ, рассматривался как нежелательный.

«Администрация президента, которая редко комментирует здоровье Назарбаева, сделала необычное для центральноазиатской страны заявление о том, что президент лечит простуду, что вызвало предположение, что этот шаг может быть предлогом, чтобы избежать посещения Еревана, где в конце недели пройдёт заседание возглавляемой Россией Организации Договора о коллективной безопасности», — писало агентство Reuters.

Отношения Астаны с Ереваном были в тот период напряжёнными из-за конфликта Азербайджана и армянских сепаратистов Нагорного Карабаха. В 2023-м Баку восстановил контроль над сепаратистским регионом, и казахстанско-армянские отношения нормализовались: в 2024-м Токаев побывал с официальным визитом в Ереване, в 2025-м Астану посетил премьер Армении Никол Пашинян.

В 2020 году, когда в мире бушевала пандемия COVID, Назарбаев, к тому времени уже экс-президент, заразился коронавирусной инфекцией. «Повода для беспокойства нет», — заявила его пресс-служба, отметив, что Назарбаев самоизолировался.

Положительный тест на коронавирус выявили в то же время у пресс-секретаря Токаева Берика Уали, но о заражении его непосредственного шефа не сообщалось.

«В политических системах, сформировавшихся в странах Центральной Азии, если вы президент, вы по разным причинам не сообщаете людям о своей болезни. Потому что у вас могут быть враги. Вы не хотите, чтобы кто-либо воспользовался вашим уязвимым положением, когда вы не можете защитить себя. Соперники могут активизироваться, существует вероятность усиления внутренней борьбы. Вот почему лидеры стран региона не хотят открыто говорить о своём здоровье. Закрытая система удо